Выбрать страницу

alkatras-0010

 

Я не люблю словосочетания «корпоративная тюрьма».

Никто нас не запирал, серьезно. Никакие мы не заложники.

И вообще.

В этой «тюрьме» неплохо кормят.
В этой «тюрьме» есть целый штат сотрудников, который следит, чтоб нам там было хорошо.
В этой «тюрьме» может быть очень уютно и вокруг много интересных людей.
Как только наша «клетка» освободится, наше место займет кто-то еще — и очень охотно.

Мы исправно ходим на работу, потому что мы сами так выбрали. Мы сами решили, что каждое утро с 9 до 18 мы находимся в этом месте. Страдаете вы или не страдаете — это не важно, двери всё равно открыты.

Как ни странно, это простое осознание для многих из нас является чуть ли не шоком. Но этот шок или загруз будет первым шагом к пониманию, что вы сами решаете, что делать со своей жизнью.

wpid-tn_199830_12515f83a171

А пока я вам предлагаю одну простую технику. Она называется «ключ в кармане». 

Если вы думаете, что вы в тюрьме и выбора нет — найдите простой железный ключ, положите его в карман ваших офисных одежд и просто идите так на работу.

Этот ключ будет напоминать вам, что если вы и в тюрьме, то ключ от тюрьмы именно у вас. Не у вашего босса. Не у босса вашего босса. Не в потайном сейфе у охранника с автоматом.

Вам не дают развиваться, грузят тупыми задачами? Ключ в кармане.

Жестко критикуют, не хвалят? Ключ в кармане.

Приходится общаться с теми, кто не нравится? Ключ в кармане.

Через неделю может наступить просветление и высокая степень осознанности.

И когда вы в следующий раз по-привычке заикнетесь о несвободе или корпоративной тюрьме — желаю вам вспомнить про эту тяжесть в кармане и на эту тему больше не заикаться.

А там вы уже сами решите, что с этим делать. Можно начать всё менять к лучшему, или хоть что-то менять. Вы сами рулите.

Ну что, кто с ключиком в понедельник на работу?) Кто ходил, говорят — сильное ощущение)

====================================

Новогодняя мини-программа — 2016, Год Осознанной Карьеры.

 

а вы уже видели мои микро-ролики с ответами на вопросы?
кейс "Алмазы"