Выбрать страницу

Сегодня я не смогла найти нужные документы. А про документы у нас принят Закон. Он гласит: Хранить в строго отведенном месте. Нарушители четвертуются взглядом и изгоняются мыть кофеварку.  Пожизненно. А я нарушила.

И вот сижу я, несчастная, и вспоминаю, где я видела в последний раз пакет с Анькиным свидетельством о рождении, нашим свидетельством о браке и чем-то там еще. Мрачный муж препарирует шкаф, который и есть Место для документов, и где я уже их НЕ нашла. И вдруг, невзирая на мой покаянный вид, выдыхает комментарий. Что-то типа того, что так и должно было случиться. И по его тону и позе я понимаю, что очень многое еще осталось невысказанным.

Эх! Я иду в спальню и прихожую, ищу документы в разных креативных местах. Их нет. А я точно помню, что прилетела а Париж с ними. Кажется. Чтоб не нарушать логику, я звоню Соне в Москву и спрашиваю, не находились ли вдруг наши документы. Не находились.

Обстановка становится грустной и тревожной. По мужу понятно, что из двух важных потерь — свидетельство о браке и свидетельство о рождении — он переживает только за одну, сами понимаете какую.

Я сажусь в кресло и пытаюсь сосредоточиться. Итак, я прилетела с ними. Куда я могла их положить? Я воссоздаю в памяти ситуацию. Внешне это выглядит как бестолковое сидение в кресле с пустой головой. Да, я умею читать Ваши мысли, про себя мрачно усмехаюсь я в его профиль.

Через минуту разбор шкафа безуспешно завершен, мой приговор близится к исполнению.
Я понимаю, что лишь дедукция сохранит институт семьи в нашем браке.  И продолжаю много думать.

Висит напряженное молчание, прерываемое криками монстров из корпорации, что идет на компьютере. Муж начинает аккуратно складывать на святое место другие государственные бумаги, чудом уцелевшие при такой жене. И пропасть зияет между моим креслом и его справедливыми носками.

Не давая себе расфокусироваться, я вдруг уловила слабый сигнал памяти, идущий из Анькиного шкафа с игрушками. Ага! Вот и тоненькая папочка, плотно прижатая к боковой стенке внутри. Ааа, Ватсон, я ж выгружала игрушки из чемодана и видимо, на минутку прислонила сюда эту папку… На полтора месяца. К счастью, Аня ее не заметила. Иначе кто-то бы угас до срока, увидев розовый кораблик с государственной печатью.

В позе с картины Федора Павловича Решетникова «Опять двойка» я пришла со злосчастной папкой и даже головой на подносе. Папку приняли, головой манкировали. Потом облегченно вздохнули и сказали, не делай так больше. И поцеловали скорбные уста.
И. Вот. Теперь. Я. Обиделась.

)))))))))

сейшельский дневник. первые три дня под знаком кокопопы.
мамы поймут, о чем я